Как погиб солдат в печах. Солдат, призванный на службу из пинска, обнаружен повешенным в печах. Есть ли дедовщина в современной белорусской армии

Могила Саши Коржича на кладбище в Пинске. Фото: Еврорадио

О том, что произошло в 72-й учебной военчасти в Печах, за 400 км от Пинска (Брестская область, Беларусь), говорит весь город. 3 октября в части, некогда известной на весь СССР, 21-летнего солдата-срочника, пинчанина Александра Коржича. Сколько солдат провисел мёртвым в подвале медсанчасти, станет ясно только через две недели, когда закончится экспертиза: на звонки друзей и близких Саша перестал отвечать ещё 26 сентября.

Саша Коржич - это второй за полгода солдат-срочник, найденный повешенным в военчасти под Борисовом. Расследование обстоятельств смерти первого солдата - Артёма Бастюка - продолжается до сих пор. Минобороны Беларуси отказывается от комментариев “по этическим причинам” и настаивает, что в обоих случаях речь идёт о самоубийстве.

Срочники, пришедшие в армию после школы, служат в Беларуси полтора года. Коржич проходил подготовку в 72-м гвардейском объединённом учебном центре. Он погиб за три недели до отправки в другую военчасть - под Слоним.

Тогда же, 26 сентября, кто-то в последний раз снял деньги с банковской карточки Саши Коржича. В августе и в сентябре родные и друзья солдата перевели на неё не менее 200 рублей. Светлана Николаевна, мама Саши, показывает нам квитанции из “Приорбанка”. 3 августа - 50 рублей, 8 августа - ещё 50 рублей. Где и как растворились эти деньги?

"Если бы мне кто-то до того, как Саша ушёл в армию, сказал, что за его жизнь нужно платить 15 рублей в день [об этой неофициальной “таксе” рассказал друзьям Коржича один из его сослуживцев. - Еврорадио], я бы нашла эти деньги. Кредит бы взяла… - вздыхает Светлана Николаевна. - У него было отложено $500 на машину. Я говорю: "Саша, вот передо мной эти деньги, лежат на столе, если надо, я тебе их привезу". Он отвечает: "Не надо, мама, я справлюсь".


Светлана Коржич, рассказывая о сыне, уже не плачет. Фото: Еврорадио


Но справляться с каждым днём становилось всё тяжелее. По подсчётам матери солдата, в месяц он получал от неё и от друзей около 500 рублей.

“Где-то 10 июля Саша рассказал, что сержант забрал у него банковскую карту. Мол, солдату карта не положена, а если что-то нужно, можно попросить, и это будет куплено. Саша попросил меня проследить, куда уходят деньги с его карты, - рассказывает Илья, лучший друг Саши Коржича, который работал с ним в одной автомастерской. - Я тогда сделал скриншоты из интернет-банкинга. Там видны покупки в кафе “Воин” [на территории 72-го учебного центра. - Еврорадио] и “Звезда”, и два подряд снятия из банкомата по 10 рублей. Всё это время карточка находилась в руках сержанта”.

Сейчас на банковской карточке Саши Коржича остался один рубль. Да, такую сумму невозможно снять через банкомат, минимум - пять рублей.

На новом городском кладбище в 11 км от Пинска много свежих могил, Сашина могила - 30 сектор, 15 ряд, 20 место. “В день похорон был такой ветер, что свечи сразу гасли, - вспоминает Илья. - Из Борисова на автобусе приехало много военных. Не думаю, что это Сашины сослуживцы. Мы у них о нём спрашивали, а они отвечали дежурными фразами: “Хороший был парень…”. Его хоронили с почестями, был даже залп в воздух. А потом мы узнали, что когда солдаты едут в такую командировку, их вообще не кормят. И Сашина двоюродная сестра, Виолетта, бегала покупать им печенье”.


Илья и Саша были лучшими друзьями. Фото из "ВКонтакте"


Священник отказался отпевать Сашу. В его свидетельстве о смерти, в графе “Причина смерти” указан шифр Т71: “Странгуляционная асфиксия”. Это значит, удушение в результате сдавливания. Такое заключение не даёт ясности: повесился человек сам или был повешен. А Церковь считает самоубийц грешниками, недостойными отпевания. И требует доказательств того, что человек умер своей смертью или был убит. Но у родных Саши нет доказательств. Есть только версии того, что произошло в 72-й “учебке” в Печах.

Версия 1. Инсценировали самоубийство, чтобы скрыть дедовщину

В части, где служил Саша, есть два сержанта: Б. и С., назовём их так. Говорят, что этих двоих боятся все, кто попадает в объединённый учебный центр подготовки прапорщиков и младших командиров в Печах. В “учебке” солдаты проводят всего три месяца, после чего их распределяют к месту дальнейшей службы. С. описывают как более вменяемого, но Б., которого ещё называют “Бэран”, этого времени достаточно, чтобы унизить срочника, отобрать у него деньги и вещи и подчинить себе его волю. Об этом друзьям Саши Коржича рассказали солдаты, служившие в Печах.

Когда родным Саши всё же показали его тело (они приехали в Печи в ночь на 4 октября, и целый день дожидались, пока тело “будет готово”), они обратили внимание на гематомы, которые были истолкованы как результаты побоев, и на след от верёвки на шее парня. След толстый, шириной в два пальца, и идеально ровный - как будто верёвка не скользила по шее самоубийцы, а сдавила шею человека, которого вложили в петлю уже мёртвым.


Сувенирный жетон воинской части, где служил Александр Коржич, и знак 72-го гвардейского Объединенного учебного центра в Печах. Фото: "ВКонтакте"


Мы не будем показывать вам фото мёртвого Саши Коржича. Родных и друзей парня они убеждают в том, что он был убит. Однако, патологоанатом, с которым проконсультировалось Еврорадио, утверждает, что сделать однозначный вывод о прижизненном или посмертном помещении человека в петлю по внешним признакам невозможно. Для этого нужно исследовать под микроскопом нервные и мягкие ткани покойного, взятые при вскрытии.

Тем не менее, СК о неуставных отношениях. Кроме пользования карточкой Саши Коржича, Б. и С. могут оказаться виновными в присвоении смартфона погибшего солдата. Один из офицеров учбеного центра рассказал маме Саши, что тот продал свой HTC One за… 30 рублей, потому что “остро нуждался в деньгах”. Напомним, по подсчётам мамы, Саше в тот момент присылали до 500 рублей в месяц. Друзьям солдата говорят, что телефон до сих пор не нашли, хотя его несложно вычислить по IMEI.

На что срочник тратил сотни рублей, не выходя из военного городка? Неужели его убили, чтобы скрыть ответ на этот вопрос? Разбираться предстоит следствию.

Версия 2. Самоубийство солдата, доведённого до отчаяния

Саша Коржич пошёл в армию, потому что не хотел “косить”. “У него было много планов на жизнь. Вернуться после армии и купить себе машину. Саша ремонт делал дома. Позитивный молодой человек, интересовался автомобилями. Любил полазить в двигателях, поковыряться в электронике. Через месяц после того, как пришёл к нам на СТО, уже работал самостоятельно, а не как ученик. Это было его хобби, работа и жизнь”, - рассказывает Сергей Козубовский , директор ООО “Пинск Автошанс”, где работал Саша. Он не верит в то, что жизнерадостный молодой человек мог совершить самоубийство.


Сергей Козубовский


Друзьям Саша не рассказывал о проблемах в части. Просто время от времени просил перевести денег на карточку. А в конце июля стал говорить, чтобы они не приезжали к нему - мол, осталось продержаться совсем чуть-чуть, и будет перевод в Слоним. А вот маме он кое в чём признался.

“Он рассказывал, что ночью сержанты приводят в казарму женщин и устраивают оргии на глазах у солдат, чтобы все смотрели на их “подвиги”, - рассказывает Светлана Николаевна. - Говорил, что на солдат надевают “хомут” - воротник с иголками - и заставляют выполнять чёрную работу, чистить туалеты всю ночь. Но всегда добавлял, что у него всё в порядке. Теперь я думаю, что он откупался, пока были деньги”.

В середине сентября Коржич рассказал одному из сослуживцев, что его долг вырос до 150 рублей. Солдат простудился, у него поднялась температура и он попал в медсанчасть, а потом стал жаловаться на боли в сердце. По словам мамы Саши, в это время она получила странный звонок от одного из младших офицеров части. Он интересовался, много ли Саша болел раньше, просил привезти его карточку из поликлиники. Вполне возможно, солдата упрекали ещё и тем, что он симулирует болезнь.

“Это не дедовщина, армия тут ни при чём. Это быдловщина, так и напишите, - рассказывает нам пинчанин, знавший Александра Кожича. - Самые безбашенные “деды” - это “колхозники”. Не жители сельской местности, не крестьяне, которые работают на земле, а именно “колхозники”. Они быстро находят друг друга, объединяются и начинают давить непокорных. Это может произойти где угодно. Саша не покорился, не хватило его… А сбежать он не мог”.

Версия 3. Сашу убил солдат, сошедший с ума

Когда мама Саши Кожича спросила, можно ли поговорить с солдатом, нашедшим её сына, ей ответили, что он находится в психоневрологическом диспансере в Новинках. Родные погибшего парня вспоминают, что отправились в часть сразу после того, как им сообщили о его смерти, и были в Печах около 3:00 в ночь на 4 октября.

"Во вторник 3 октября в 21:23 мне позвонили с незнакомого номера и говорят: "Попытка суицида, ваш сын погиб!". Я говорю: "Так погиб или попытка суицида?" - "К сожалению, погиб, мы привезём вам его тело". Ну какой суицид, когда я с ним говорила десять дней назад, и он сказал, что осталось совсем чуть-чуть потерпеть? Мы сели в машину и поехали в Борисов", - рассказывает Светлана Коржич.


Квитанция на перевод в 50 рублей в руках мамы Саши Коржича


Перед КПП родные Саши увидели две машины, которые покинули военный городок в течение 20 минут. Позже кто-то из командования части объяснил им, что в этих машинах уехали следователи и судмедэксперты.

Когда друзья Саши создали "ВКонтакте" группу "Близкие 21-летнего Александра Коржича", им начали писать люди, так или иначе связанные с ситуацией. Один из таких источников утверждает, что в материалах проверки уже есть имя предполагаемого убийцы, установленное по горячим следам. Это и есть тот самый солдат, который “нашёл” Сашу повешенным в подвале медсанчасти.

“Его беспокоило, что прошло время, а Коржича никто не ищет. Он допускал, что жертва смогла освободился из петли и уже даёт показания. И тогда сам пошёл в подвал, якобы за веником (хотя известно, что инвентарь для уборки сложен в другом месте), а на самом деле, чтобы убедиться в собственной безопасности”, - утверждает источник.

Странным в этой версии выглядит то, что пропавшего солдата никто не искал в течение нескольких дней. Всё-таки армейская дисциплина предполагает регулярные построения, и отсутствие Александра Коржича было бы замечено. Точную дату смерти Саши родственникам не назвали. В свидетельстве о смерти парня написана дата, когда обнаружили его тело - 3 октября. Эта же дата - на кресте на могиле Александра Коржича на пинском кладбище.


Официально следствие озвучит свои выводы не раньше, чем через две недели, когда будут готовы результаты судмедэкспертизы. Однако на практике расследование таких случаев тянется намного дольше. Родители Артёма Бастюка, которого нашли повешенным в одной из частей под Борисовом 31 марта 2017 года, рассказывают Еврорадио, что уголовное дело по факту гибели их сына расследуется до сих пор.

“За это время проведено семь экспертиз, - говорит отец Артёма. - Но эксперты не могут сказать ничего конкретного. Как у бабушки - надвое, понимаете? Может так, а может так. На этой неделе следователи должны прийти к заключению: закрыть это уголовное дело или продолжить, и если продолжить, то по каким статьям. Но, судя по всему, по неуставным отношениям ничего не установлено”.

Недавно в борисовских Печах, где проходят учебу солдаты срочной службы (повара, водители, кинологи и т.д.), был обнаружен повешенным молодой парень - 21-летний Саша Коржич. Он служил в 3-й школе, 3-й роте, 2-м взводе.

До службы в армии Коржич был успешным парнем. Он хорошо зарабатывал как автомеханик, у него было много друзей, он вел активный образ жизни. Ему бы жить, любить - а он умирает. Кстати, это второй человек за год - 31 марта в Печах в петле нашли еще одного парня - Артема Бастюка. Следствие по факту его смерти до сих пор не завершено.

Чем отличается смерть Саши Коржича в ряду других смертей?

Тем, что этот случай позволяет понять механизм работы самих Печей - история пинского парня разворушила весь тот гадюшник, который там «процветал»: солдатам первого периода выставляли «счета» за то, чтобы их не трогали физически. Жалобы офицером приводили к издевательствам вдвойне.

От рассказов друзей и мамы погибшего бросает в шок.

Во-первых, выходит, что парня нашли мертвым в каком-то подвале через несколько дней после наступления смерти. А до этого он был в медроте - пил уголь с валерьянкой от температуры и просил родителей выслать антибиотики.

Здесь медики и офицеры кивают друг на друга, мол, думали, что он был у медиков, а те говорят, мол, мы его выписали...

Вот что рассказала «Нашей Ниве» мать Александра Коржича:

«Прежде всего, к Саше я почти не могла попасть во время службы, не удавалось. Продолжительная встреча была 3 июля. И если по телефону он говорил "Все нормально", то там уже выговорился.

Он рассказывал невероятные вещи. Что сержанты приводили ночью проституток, объявляли роте "Тревогу", сами развлекались с ними, а солдат заставляли смотреть. О сексуальном насилии... Я говорю: так что вы там, сосали им, лизали? Что? Он ничего не говорит, говорит, тебе лучше не знать. Там был конкретный счет, который выставлялся за чувство безопасности - 15 рублей в день. Он сначала сопротивлялся, но его сильно били. Всего с карточки Саши исчезло в неизвестном направлении 1500 рублей. Он просил меня высылать ему деньги, я высылала. И я знала, что их отбирают прапорщики и сержанты, но что мне делать было, чтобы его там убили?»

«Я бы кредит взяла, если бы знала. Так все там делают. И вот, когда он мне сказал, что ему это надоело, что он не хочет, чтобы я несла такие расходы, это все и случилось. Он сказал, что пойдет к ротному «разбираться». И потом его нашли в петле, так вот «разобрался», - говорит убитая горем женщина.

«Когда мы примчались в часть за телом, мне его не отдавали, говорили, оно "еще не готово". Я говорю командиру части - ведите мне того прапорщика, который вам наши деньги носил. Или вы ничего не знали? А он давай рассказывать, что прапорщик в отъезде, а телефоны Саши он тоже не может отдать - мол, он их продал за долги. Я говорю: закрой рот, подлец - мой сын мне перед армией кухню подарил за 2 тысячи долларов, а ты мне рассказываешь, что у него здесь долги были?

Он стих сразу, начали нас мурыжить в Борисове. То туда поезжайте, то сюда.

Когда забрали тело, то там гематомы по нему - в паху, в районе печени, почек. И вся голова в мелких ранах, словно шилом кололи. Это фашисты. Моя мать видела труп и сказала, что немцы над ними в концлагере так не издевались, как тут свои же.

Он же не хотел уезжать! Ему брат предлагал в Москву перебраться к нему, там бизнес, а он говорит - я же белорус чистокровный, чего мне туда ехать?»

Мать тоже говорит, что его, скорее всего, запугивали и ее жизнью.

«Последний его звонок был с вопросом "Мать, как ты?". И он так каждое слово произносит: "М-а-м-а, как у тебя дела?" Я спрашиваю, как ты? У тебя все н-о-р-м-а-ль-н-о?», - говорит женщина сквозь слезы и больше не может говорить.

Как мы узнали, в курсе ситуации с вымогательством были и друзья Саши: они собирали деньги и так же клали их ему на карту.

Куда они шли? Говорят, «чтобы не били Сашу» , хотя сначала он и говорил, что все это «на булочки», но такие суммы не могли идти «булочки», это было ясно.

Примечательно, что у Саши было три телефона: два из них взял в армию («звонилку» и смартфон), а крутой айфон оставил на сохранение другу. К айфону была привязана карточка, которую Саша отдал прапорщику. По платежам, как нам показали друзья, можно отследить «гастроли» тех, кто ею пользовался: вот они оплачивают что-то в ночном клубе, вот заправляют машину, вот - покупают что-то на Борисов-Арене, а вот уже в Минске, а вот в Жлобине.

«Когда я приехал к Саше последний раз, он говорил, что ротный, - да, кажется, именно ротный, - хочет выкупить ее айфон за 30 рублей, и тогда, мол, Саша сможет пойти в "увал" на три дня», - рассказал нам друг Саши, Илья, у которого был тот айфон.

«Самый жестокий сержант там был Б. [имя и фамилия имеются в редакции], прозвище «Бэран», - добавляет он.

Как выяснила «Наша Нива», Б. и еще один причастный сержант С. теперь сидят на гауптвахте в Борисове. Нам это подтвердили их родственники.

Кстати, на похороны парня имели наглость приехать и командиры Саши. Но их охраняла милиция, поскольку жители Пинска были готовы порвать их на куски. «Выходи сюда, подлец, я тебе сам оборву погоны и положу в гроб вместе с Сашей», - кричали им люди.

Но может ли такое происходить в современной Беларуси? Может это только преувеличения убитых горем близких?

Мы поговорили с бывшими и действующими военными, которые когда-то имели отношение к Печам.

Вот что нам рассказал человек, который прошел учебку в Борисове в 2014 году, но в другой роте.

«Где он [Саша Коржич] был, там п***ец. Повсюду солдат гнобят и офицеры, и прапоры и сержанты. Меня поразило, когда я туда приехал и в первый день пошел в курилку, то там пацаны бежали на месте и курили, прикинь. Я говорю, вы что, **нутые, что вы делаете? А им сержанты якобы поставили условие: если тело в вертикальном положении, то ты можешь или строевым ходить, или бежать.

Говорю им: вы серьезно? Вы их не можете на **й послать? А они глаза в землю. Но потом я сам столкнулся. Смысл таков: не будешь платить бабки - будешь загибаться в нарядах и физически. Поэтому, ты либо жестко ставишь себя, или... или за все платишь. Хочешь мобилу - 20 рублей, хочешь позвонить - столько же. Это называется "выкупить телефон". Я же тоже был молодым, первый раз не понял и дал денег, а мне их не вернули. Ну и получилось, что я выкупил раз и навсегда - я дрался с ними каждый день, каждый божий день.

Спасение - только если ты спортсмен, боксер или борец. Мне обещали сбросить гирю 32 кг ночью на голову, прикинь, а я их за это каждого по одному выводил в туалет и сёк, пока не начинали стонать. Ну это страшно, на самом деле. Выход был только один - бить е***. Я матери никогда не говорил, что там происходит.

Там у пацанов столько слез утекло, что можно было озеро рядом с Борисовом залить», - сказал нам этот парень.

Примерно то же самое рассказывает другой, которому, как он говорит, «не фартануло» - должен был попасть в спецназ, но не хватило мест, и чтобы не ждать полгода лишние, он согласился на Печи. Теперь же он контрактник там, куда и хотел попасть - в одной из частей Сил специальных операций (ССО).

«Офицеров в Печах солдаты называют «шакалами» между собой, - говорит он. - Почему шакалы? Потому что они доедают слабых. Я не буду говорить, что деньги приносят им, сам не видел. Но что деньги вымогали сержанты - это факт.

И там никто же не говорит напрямую, а намеками. Мне сразу пришло понимание, что их нужно просто п***ть, чтобы они боялись на тебя глянуть.

Печи - это т.н. «чмо-войска», где процветает дедовщина. По сравнению с ними ССО и спецназ - детский сад. В ССО камеры стоят, а ты поставь камеру в Печах, желательно в туалете - там такого насмотришься... Там мы зимой снег в кубы выравнивали, чтобы было «красиво». Ночные отжимания... кукования, пение песен в тумбочках. Что об этом говорить, ой...

Там иерархия, как на зоне: первый период службы не можешь говорить напрямую с третьим периодом - всё передается через второй. Есть касты: «деды», «черпаки», «черти».

Знаешь, что такое «черти»? Это когда человеку тринадцать раз бьют тапком по голове с подачи сержантов, и он становится как бы «опущенным». С ним нельзя разговаривать, ему нельзя курить, нельзя ходить в буфет, его можно только п***дить. Если физически не смогут п***диць, то будут п***дить самых слабых, кто обос***тся, чтобы они с тобой не разговаривали и т.д. И это поддерживается «шакалами». Скажем, в столовой таким людям выдается дырявая ложка, чтобы он не мог есть суп - он вытекает просто.

Если у кого-то сильные побои, то его прятали где-то. Под койкой, скажем. А вместо него в ряд становился дневальный. Медичка всех пересчитала - и нормально.

Если ты не приведи Бог жаловался родителям, а они пошли к командирам, то ты себе почти подписал приговор, считай. Приходит «шакал» [офицер] и говорит, мол, вот этого мамка приезжала, имейте в виду.

Но сержанты в то же время часто ходили жаловаться к шакалам, мол, их не слушаются. Мы просто заехали туда бандой: сразу подружились вчетвером и посылали на *** сержантов хором и друг за друга всегда стояли, пару раз пустили их под ноги. А кто не был дружным... Я как вспоминаю, как издевались над мамкиными сынками, то реально до сих пор трясет... Всем же не поможешь, потому что там пять тысяч человек служат. Если в другой учебке молодых гоняют, то ты за них никак не вступишься. А вступишься раз - то ты же дальше пойдешь, а их загасят потом так, что они сто раз твою помощь проклянут. Но как их воспитывать? Это вы**ки и фашисты».

Следует отметить, что некоторые солдаты, проходившие службу там же, где и погибший Саша, отрицают существование дедовщины в виде денежных поборов и избиений.

Действующий офицер одной из элитных частей, в чьем ведении находятся солдаты, «академически» разъяснил нам, почему так происходит, что в одних есть, а в других дедовщины нет.

«В армии солдаты делятся на три условные категории, - сказал он: "овцы" - те, кого угнетают, "волки" - те, кто угнетает, и "волкодавы" - те, кто может дать отпор волкам и взять под защиту стадо "овец".

От процентных соотношений этих трех категорий в общей численности и зависит ситуация с дедовщиной в части, где офицерам по барабану, что у них там происходит. Если они закрывают глаза, то сержанты ощущают безнаказанность, и потом те, кто слаб духом, вот так заканчивают. Про Печи всегда говорили, что там происходит что-то ужасное, даже когда я еще был курсантом первого курса. Я бы таких офицеров ставил к стенке, вместе с прапорами и сержантами», - эмоционально высказался он, так как эту историю уже разнесло сарафанное радио по другим частям.

Отметим, что опрошенные нами военнослужащие подчеркивали существование жесткой дедовщины только в частях, где верховодят «шурупы», - это военный сленг, который обозначает непринадлежность к элите, вторичность.

Понятие идет от выражения «Войска - это щит и меч Отечества», где щит - пограничники, авиация, меч - спецназ, ССО, а шурупы на щите - все остальное.

Также своим мнением поделился сержант части Внутренних войск 3214 (это тот самый «меч»). Он говорит, что верит в рассказы покойного Александра про шлюх в части и поборы.

«Ну бывает там, что "деды" посылают за мороженым, за сигаретами. Самое жесткое что может быть - это когда словят с насваем (ведь некоторые любят), то могут заставить заварить из него чай и выпить. Ну прорыгаешься, но будет наука. А что насчет Печей, то любой человек в форме в курсе, что там чернуха происходит. Я думаю, парня этого вряд ли кто-то вешал, просто он не выдержал издевательств. Слова офицеров о том, что они несколько дней не знали, где он находится - это белиберда и ложь. За каждым, кто выписывается из санчасти, посылают сержанта для гарантии. А здесь они не знали? Всё они знали, просто тянули время для изобретения версий, скрывали происшествие. В этом я уверен».

После всех этих историй предлагаем читателям и компетентным органам ответить для себя на несколько вопросов:

1) Способна ли защитить страну такая армия, где вместо заботы о функциональной и боевой подготовки, у солдата болит голова (а иногда и печень с ребрами) о том, как откупиться от сержантов и прапорщиков?

2) Имеют ли право носить звание офицера люди, в чьих частях процветает оброк? Имеет ли этот оброк схему пирамиды?

3) Почему нескольких смертей молодых людей от наркотиков хватило, чтобы власть приняла декрет № 6 и начала сажать барыг тысячами, а за такие же мучительные смерти молодых парней в одной отдельно взятой части мы не видим заполненной скамьи подсудимых?

4) Зачем в таких частях существуют «политруки»?

5) Почему никто не анализирует причин ситуации, когда в военные училища из года в год идут те, кто просто не способен набрать выше 150 баллов на ЦТ вместе с аттестатом?

Копия чужих материалов

Смерть 21-летнего солдата шокировала Беларусь. Многие думали, что дедовщина осталась в далеком прошлом. Но когда стало известно, как проходит служба в Печах, возник вопрос: а безопасно ли сегодня служить в белорусской армии?

Тело Александра Коржича было найдено в подвальном помещении медицинской части. С момента смерти прошло несколько дней. Исчезновение солдата никто из начальников не заметил. Тело погибшего нашел сослуживец.

Родные парня сразу заявили, что не верят в суицид. На теле погибшего были синяки, ноги связаны, а на голову натянута майка. Александр никому не говорил, что собирается покончить жизнь самоубийством. Наоборот, у него были планы на будущее. При этом парень не скрывал, что в части процветает дедовщина: он регулярно платил за то, чтобы его не трогали. Потом лишился телефона и банковской карточки, с которой стали пропадать деньги.

В разговоре с друзьями он говорил, что нужно немного потерпеть - до отправки в Слоним оставалось пару недель. Вечером 3 октября матери Саши сообщили, что ее сын найден мертвым.

На данный момент следствие работает по трем версиям - доведение до самоубийства, убийство, суицид. Следственный комитет возбудил уголовное дело по факту дедовщины. Кроме того, прапорщика подозревают в мошенничестве - за то, что он оплачивал свои покупки карточкой солдата.

«Армия, от которой приходится защищать солдат, не защитит никого»

Новость о смерти Коржича потрясла белорусов. Многие и не подозревали, что дедовщина в белорусской армии ничем не отличается от советской.

«Меня больше всего возмущает то, что армия в нашем обществе равна тюрьме, потому что там как и в тюрьме унижают и ломают людей, паханы-деды требуют финансовых подношений, - написал в соцсетях гомельский активист Андрей Стрижак . - Солдат не насилуют только потому, что любой «дед» может купить себе проститутку за деньги, отнятые у младших солдат, и пользовать ее прямо на их глазах. Наверное, это у них считается «морально-политической» подготовкой. И то, что все считают это нормой - родители отправляют деньги, а солдаты безропотно соглашаются с поборами и издевательствами, питает замкнутый круг преступности в армии. Это не про «тяготы воинской службы, которые должен стойко переносить солдат». Это про безнаказанность, которая порождает уголовные преступления. Армия в таком виде не нужна белорусскому обществу. Армия, от которой приходится защищать солдат, не защитит никого. Гибель Александра Коржича не должна остаться очередной напрасной жертвой этой человеконенавистнической системы».

Андрей Стрижак был одним из инициаторов петиции за отставку министра обороны.

«Сколько еще ребят должны погибнуть или получить травмы, чтобы дедовщина прекратилась? - отмечает он. - Мы требуем отставки министра обороны и расследования всех случаев неуставных отношений в армии».

На данный момент обращение поддержало почти 10 тысяч человек.

Бывший замглавы управления по раскрытию преступлений в сфере высоких технологий Игорь Пармон в комментарии к записи Стрижака отметил, что «сначала надо, чтобы общество действительно не устраивала молчаливая покорность сослуживцев погибшего парня»: «В подразделении на 3-5 мерзавцев-дедов приходится 25-75 покорных кроликов, которые при желании могли бы невзначай просто их затоптать, даже не заметив, что это было».

Лидер «Говори правду» Андрей Дмитриев прямо заявляет: при сегодняшнем отношении к солдатам в воинских частях он сделает всё, чтобы его сыновья в армию не попали.

«За что умер этот солдат в мирное время? Это он Родину защищал? Нечего рассказывать про психическое здоровье. Все призывники проходят медкомиссию, которая их вдоль и поперек исследует, а на службе находятся под контролем ротного психолога.

Я на эту ситуацию смотрю, как человек, который сам прошел армию, и как отец троих сыновей. Сначала скажу, как служивший. Как служивший, я на 100% уверен, наличие дедовщины - это в первую очередь вина командира роты. Во вторую, закрытой системы, куда попасть можно только на показуху в виде Присяги и дня открытых дверей. Дедовщина процветает только с молчаливого согласия или прямой поддержки офицеров и прапорщиков, работающих с солдатами.

Я за срочную службу и не вижу в этом проблемы, если это служба, а не метение улиц. Но! Если Главнокомандующий и генералы не изменят подход к срочной службе, чтобы я мог быть полностью уверен в безопасности моих сыновей, я сделаю всё, чтобы в армию они не попали».

Правозащитник Леонид Судаленко , который является одним из инициаторов петиции за отставку министра обороны, также высказался по теме - один из его сыновей проходил срочную службу как раз в учебной части в Печах.

«С его слов, дедовщины в его части не было, всё по уставу, а кормили солдат даже лучше, чем в части, в которую он вернулся служить после учебки, - говорит Судаленко. - Из этого можно сделать вывод, что как раз таки человеческий (офицерский) фактор является главной составляющей дедовщины в том или ином месте - там, где офицеры контролируют ситуацию, всё нормально, и наоборот, как это случилось в Печах».

Лидер ОГП Анатолий Лебедько видит проблему шире - вся власть в Беларуси, по его мнению, построена на унижении:

«Примеров унижения, давления, угроз, насилия, грабежа, вымогательства, запугивания - тысячи! И всё потому, что отдельные люди, структуры имеют карт-бланш на дедовщину в масштабе страны. Дедовщина - это не пространство казармы в Печах, это вся Беларусь. И бороться с этим в рамках правового поля практически невозможно. Потому что в противостоянии «дед - чиновник» и гражданин суд всегда займет позицию власти. Потому что у властной вертикали масса отработанных технологий, как уложить человека лицом в бессилие, как закрыть рот на полуслове, как подписать бумагу о сотрудничестве, как сделать брошенную кость аппетитной.

Вот только вопрос, учат ли нас чему-то эти чудовищные смерти? Дедовщина уйдет из армии тогда, когда мы выдворим ее из кабинетов действующей власти!»

«Концлагерь для солдат»

Смерть Александр Коржича - второй случай в Печах за последние полгода. В марте 2017-го в воинской части нашли повешенным 25-летнего солдата. На днях Следственный комитет по данному факту, хотя погибший успел сообщить родителям о фактах дедовщины, которые, по их мнению, привели к таким страшным последствиям.

В сети появляется все больше сообщений о том, какие порядки были в данной воинской части.

«Мой сын служит в Печах, я в ужасе засыпаю и просыпаюсь с мыслью о том, как мой ребенок служит. Мы посылаем ребят служить Отечеству, а не обеспечивать и снабжать. А это не голословно, так как ползарплаты уходит на привоз собоек и всего прилагающего, которое с точностью и закономерностью используется за один час (паста, дезодоранты, щетки, туалетная бумага и т.д.). Медчасть заслуживает отдельного разбора. После недельного пребывания выписывают сына под дождь работать: красить траву, копать топориком траншеи, лопатой рубить деревья. А через два дня приходит известие о том, что сын лежит в Борисовском госпитале с пневмонией - вот так лечат. На посещении то с одной, то с другой слышится «пропал солдат, ушел солдат», при этом зовут салаг искать, ни одного вышестоящего не видно, чтобы бегали, тревогу поднимали. Это не армия, а тюрьма со своими законами. Мужчин тут не воспитывают, а унижают и делают неврастениками».

«Еще с совковых времен учебка в Печах славилась беспределом и садизмом. Такой концлагерь для солдат. А ведь эти солдаты - граждане Беларуси и просто 18-20-летние мальчишки. Наши дети на пороге жизни. Преступление должно быть раскрыто, иначе будет повторяться до бесконечности в своей маниакальной безнаказанности!»

«Печи - учебка, в этом весь ужас! Там выращивают будущих сержантов. Измордованные, они по новому месту службы отрываются на солдатах, применяя методы, от которых сами страдали. Это как раковые клетки, как заразная инфекция».

«Насчет изнасилований и проституток в армии - это перебор, конечно, но в принципе да, армия - это и есть тюрьма. Забор, распорядок дня, баня один раз в неделю, такие же кровати, питание, хозработы. Отличие только в возможности сходить в краткосрочное увольнение и периодические стрельбы из боевого оружия. Ну, и посещения по воскресеньям. Так что смело могу сказать, что не отслужил год, а отсидел. У себя в голове проводил такие параллели во время службы».

Расследование по делу Александра Коржича взял на личный контроль председатель Следственного комитета. Также сообщается, что о ходе расследования ежедневно докладывают Лукашенко.

МИНСК, 21 окт — Sputnik. Смерть своего сына Сергея жительница Глубокого Елена Муругова считает странной и подозрительной. 23-летнего парня не стало в конце августа прошлого года. Женщина до сих пор помнит, как ей позвонили из части №41684 батальона охраны и обслуживания в Печах, где сын проходил службу, и сказали, что он застрелился.

Елена Ивановна отмечает, что в части назвали произошедшее самоубийством, хотя сама она уверена: сына довели до этого. Ведь во время службы Сергей стал тревожным, звонил в слезах. А еще часто просил выслать ему деньги, и суммы были немаленькими, говорит она.

Sputnik встретился с Еленой Ивановной и ее сестрой Софьей Ивановной, которые наняли адвоката, чтобы разобраться в этой истории.

Печальная весть

Этот разговор для Елены Ивановны дается с трудом. Сжимая фотокарточку, на которой изображен ее покойный сын Сергей, она едва сдерживает слезы.

"Он был скрытным. Не хотел меня волновать", - рассказывает мать погибшего солдата

Печальную новость она узнала 24 августа 2016 года. Как сейчас помнит, это была среда. Позвонил бывший муж, сказал: "У нас беда: Сережка наш застрелился". Находясь в шоке, женщина после этого отправилась на завод. Но придя на место, поняла, что работать не сможет.

Привезти Сергея должны были на следующий день. Обещали в 11 часов утра. Но, как отмечает собеседница, промучили до 11 вечера. Звонили и переносили встречу, говоря, что Сергея не отдают из морга. А затем возили его в часть, чтобы сослуживцы могли проститься с ним.

"Я еще спросила у командира батальона: "А вы будете на похоронах?". Он говорит: "Мы едем — оркестр, ребята-сослуживцы, командир батальона, замполит и военврач". И все были… Поставили Сережку.Я еще спрашиваю: "Почему у него открытый рот?" И все — упала", — вспоминает Муругова.

Прибывших военнослужащих атаковали соседские мужчины. "Мы вам соседа отдали здорового, а получили гроб", — возмущались они.

© Sputnik / Виктор Толочко

Родственники все не могли успокоиться и засыпали замполита на похоронах вопросами, как же это могло произойти. Но тот рассказывал разные версии произошедшего, отмечает тетя погибшего Софья Ивановна.

Родственникам погибшего командир батальона сообщил, что все произошло мгновенно на полигоне во время учений. Сергей получил патроны, после чего, находясь без контроля, застрелился, находясь под вышкой.

"Солдат рассказывал, что (Сергей — Sputnik) доставал патроны, потом заряжал автомат, когда шел на огневой рубеж. Я еще возмущалась: почему только солдаты, а где были командующие?" — спрашивает Елена Ивановна.

"Боевые патроны получил. За ним никто не смотрел. Получил, расписался и пошел. И неизвестно куда. Как мужу моему сказали, он под вышкой застрелился. <…> Я уже стала спрашивать, как это могло случиться. "Ну, недосмотрели", — говорит Софья Ивановна.

Подозрения

Погибшего Сергея привезли, утверждая, что это был суицид. Но его мать не может в это поверить. Утверждает, что это могло быть доведение до самоубийства. Молодой человек во время службы стал каким-то странным, поясняет собеседница агентства.

© Sputnik / Виктор Толочко

"22 числа (августа — Sputnik) Сережка мне звонил — в 7 утра. Я была у стариков (смотрела за ними в частном порядке). Говорю, что случилось. Он: "Хотел просто поговорить". Говорю, чего так рано. <…> 10 июля я к нему ездила туда. Приехала, а он какой-то растерянный. Нервничал. Сразу вышел покурить. До армии не курил. Начали мы разговаривать, говорю: "Сереж, что у тебя с зубами?". Черные зубы. Говорит: "Мамка, я курю две пачки в день". Раньше он очень смотрел за собой. <…> 19 августа позвонил мне ночью. Он был в наряде. Они в лесу были, заготавливали лес. Звонил, плакал: "Надоело все". А потом мне через минут пять перезванивает. "Мамка, не волнуйся, все хорошо". Он очень жалел меня, чтобы я не волновалась", — вспоминает Елена Ивановна.

Однако никаких намеков на суицид у Сергея не было. Более того, парень строил планы.

"Таким был добрым сыном. Говорит: "Мамка, зачем ты столько работ набрала". Основная работа, стариков смотрела, и три огорода — чтобы помогать. И я еще хотела, чтобы пока придет, ремонтик ему в комнате подготовить. Говорил: "Мамка, я приду, буду тебе помогать", — поясняет женщина.

© Sputnik / Виктор Толочко

Сергей мечтал о детях и признавался родным, что хочет дождаться внуков. Девушки у него не было, в чем на сто процентов уверена его мать. Что исключает возможность суицида из-за любви, отмечает она. Молодой человек говорил ей, что не собирается заводить серьезные отношения, потому что ему надо идти в армию, оставалось два года учебы.

Вместе с тем Елена Муругова отмечает, что замечала кровоподтеки на теле сына, когда он приезжал в выходной домой.

© Sputnik / Виктор Толочко

"Когда вышел из ванны, на плече — кровоподтек. Случайно упал с лестницы, говорит. А потом говорит — в ванной шваброй избили. <…> В ноябре месяце мне звонит. Расстроенный голос. "Ой, мамка, меня, наверное, посадят в тюрьму. Я когда проводил проводку на лестнице, пришел сержант по технике безопасности, попросил, чтобы я расписался. Я сказал, буквально минуту, это же работа тонкая, это же провода. А он его с лестницы бросил. Мамка, говорит, меня такая взяла обида за несправедливость. Я его взял и об стенку. Говорит, я не сплю ночами, наверное, меня посадят", — отмечает она.

В армии Сергей лишился сенсорного телефона. Изначально устройство было изъято со словами, что отдадут его по окончанию службы. Вместо него выдали старый телефон. Через какое-то время Сергей пришел за своим мобильником, ему ответили, что тот пропал, рассказывает мама погибшего.

© Sputnik / Виктор Толочко

Также Елена Ивановна утверждает, что постоянно перечисляла сыну деньги, и немаленькие. В месяц выходило до 60 рублей. Более того, парень брал деньги и у отца.

"Первое время мы посылали деньги по-сумасшедшему. Говорим: "Сергей, ты же на гособеспечении по сути". Конечно, деньги надо, чтобы были, но не такие суммы", — замечает Муругова.

Платил Сергей сержантам даже за то, чтобы выйти к ларьку, добавляет собеседница.

Долгий ответ от следствия

На могилку к родному сыну Елена Ивановна ездит очень часто. Садится на велосипед и приезжает сюда, когда того требует душа. Недавно поставили памятник. На нем Сергей изображен в военной форме. Его в ней и хоронили. Родственники решили, что так будет правильно, ведь он погиб на службе.

Весь этот год, что прошел с момента смерти Сергея, Муругова не могла найти себе места. Долгое время ждала заключение экспертов.

© Sputnik / Виктор Толочко

Собеседница вспоминает: по поручению СК Борисова после случившегося проводился опрос родственников по месту жительства. Елене Ивановне было задано более 30 вопросов, но далеко не все ее ответы попали в итоговую документацию, отправленную в Борисов. Более того, была размещена неверная информация, в частности, утверждалось, что Сергей был дома один раз, хотя он приезжал три, утверждает его мама. Информация подавалось с намеком, что он не хотел ехать домой.

© Sputnik / Виктор Толочко

В декабре тетя погибшего Софья Ивановна позвонила в СК, чтобы уточнить, есть ли результат расследования. Ей ответили, мол, Елена Ивановна в курсе о его завершении. Однако та никаких документов не получила.

"По телефону следователь из Борисова сказал: "Уголовного дела не заводится из-за отсутствия состава преступления". Говорил, что высылал документы. "Вам разве не пришли?" Это был январь месяц. Я говорю: "Пойду на почту к заведующему и будем узнавать". Он: "Ой, не надо, может, затерялись. Может у нас, в Борисове, может, у вас в Глубоком", — рассказывает Елена Ивановна.

Только в первых числах марта пришло заключение о расследовании. Оно вызвало у родственников больше вопросов, чем дало ответов. В своих заключениях специалисты основывались на показаниях солдат и офицерского состава, которые утверждали, что у Сергея была депрессия, что привело к такому результату.

Женщина возмущена, ведь Сергей почти не общался с сослуживцами, в чем сам ей признавался. Елена Ивановна вспоминает телефонный разговор с сыном: "Звонит мне, а я: "Сережка, почему ты один? Не слышу голосов". Говорит, я не могу вести разговор с сослуживцами. Из-за переживаний тяжело рассказать. <…> Говорит: "Мамка, я один".

Елена Ивановна обращает внимание еще на один факт: после смерти сына вместе с родственниками дважды приезжала в часть, чтобы пообщаться с ребятами, которые были с ним на полигоне, — узнать подробности произошедшего. Но им встречу так и не организовали.

"Проще списать на суицид. Но простите, пожалуйста, до суицида довести надо", — отмечает Софья Ивановна.

Тетя погибшего говорит, что он был очень ответственный и медлительный, и не мог так быстро все устроить.

"Он был скрытным. Не хотел меня волновать. Я его спрашивала: "Сережка, что еще у вас происходит в армии?". Он сказал: "Мамка, в армии свои законы", — добавляет Елена Муругова.

Елена Ивановна наняла адвоката. В ближайшие дни они собираются обсудить свои дальнейшие действия. Как утверждает собеседница, будут идти до конца.

© Sputnik / Виктор Толочко

Муругова признается, что видит связь между историями погибших ранее солдат в Печах и ее сына.

"Наверное, какие-то издевательства над солдатами", — говорит она.

"У нас теперь за смерть солдата военнослужащие получают выговор и строгий выговор — вот и все. Как было в нашем случае", — добавляет Софья Ивановна.

Александр Коржич. Фото – ВК

Во вторник, 3 октября, в подвальном помещении на территории военной части в Печах был обнаружен труп военнослужащего срочной службы Александра Коржича. Официальная версия смерти –самоубийство. Но его друзья уверены, что Александр стал жертвой дедовщины.

Сведения о смерти «срочника» в Печах появились в интернете в начале этой недели. Информацию о самоубийстве солдата в Борисовском районе официально подтвердили в Минобороны, но имя парня и детали дела рассказывать отказались.

Позже стало известно, что речь идет о 21-летнем уроженце Пинска Александре Коржиче . Его призвали в армию весной 2017 года, парень попал в воинскую часть в Печах, что под Борисовым.

Сейчас Следственный комитет проводит проверку по факту смерти в Печах.

«В ходе проведения осмотра места происшествия признаков криминального характера следствием не найдено. Данные, полученные в результате первоначальных мероприятий, позволяют рассматривать в качестве основной версии суицид», – сообщила TUT.by представитель СК Татьяна Белоног.

«Говорил, что дедовщина в Печах ужасная»

Между тем, друзья Коржича ставят под сомнение предыдущую версию следствия. Жительница Пинска Ирина , которая дружила с Александром почти 10 лет, не верит в самоубийство.

«Он рассказывал, что дедовщина в Печах ужасная, издеваются как могут, все отбирают. У него были телефон и смарт-часы, не нашлись после смерти – говорят, он как будто все это продал из-за нехватки денег. Это смешно, потребности в деньгах он не имел, ему достаточно перечисляли на банковскую карточку.

Он всегда был сильным человеком. В разговоре сам сказал: еще немного потерпеть и их распределят в Слоним. Ни одной мысли о суициде не было сказано и даже нотки чего-то в его голосе я не услышала. Сашка был в жизни очень жизнерадостным человеком, он всегда был готов прийти на помощь, был очень дружелюбным, все его любили. Он до безумия любил родителей, чтобы с ними так поступить», – рассказала девушка в интервью .


Александр Коржич. Фото - ВК

По словам Ирины, родные не захотели хоронить Александра в военной форме, и когда переодевали его дома, то были шокированы увиденным: на теле были большие синяки выше промежности, ссадины на голове. Также родственников смутил подозрительно ровный след от петли на шее. «Если человек висит, то у него просто не могут быть настолько ровные контуры» , – добавляет Ирина.

Девушка утверждает, что проблема личного характера (несчастная любовь, конфликты в семье и т.д.), из-за которых парень мог закончить жизнь самоубийством, у Александра не было.

«Дедовщина это не обязательно физическое насилие»

Журналист «Народной Воли» Роман Васюкович , который несколько лет назад сам проходил срочную службу в беларуской армии, версию об убийстве считает не очень вероятной.

«Конечно, произойти могло все что угодно, но мне трудно себе представить, чтобы парня убили. Обычно в казармах (по крайней мере, так было у меня) висят приговоры солдатам за последние годы за дедовщину там сроки от 3 до 7 лет просто за несколько ударов. Это серьезный сдерживающий фактор. Кроме того, в армии регулярно проводятся обзоры на предмет телесных побоев, поэтому скрыть насилие, а тем более убийство практически невозможно. Но «деды» могли быть просто неадекватные: возможно, действительно били, но перестарались и потом имитировали самоубийство. Насилие не конфеты ровно не отсыпешь», отметил журналист в интервью .


Роман Васюкович

Но более вероятно, по мнению Васюковича, что Коржича довели до самоубийства «деды»:

«Дедовщина – это не обязательно физическое насилие, это прежде всего насилие психологическое. Скорее всего, парня сломали в казарме. Самое страшное, что может произойти со «срочником» первого периода службы, это когда тебя не приняли в коллектив и ты оказался в изоляции. Ты изгой просто потому, что несколько раз не уложился в норматив, плохо побрился или еще что-нибудь. «Дедам» служить осталось мало и им уже крышу сносит. «Деды» давят на ребят, которые пришли служить одновременно с тобой – вот, мол, у вас такой человек, повлияйте на него, а если не повлияете, то неприятности будут и у вас. Когда остаешься один и никто с тобой даже не разговаривает, то это психологически очень тяжело. И в этом нет вины того парня. Но я убежден, что такие вещи должны офицеры предотвращать, они обязаны были заметить конфликт. Если он повесился не из-за несчастной любви, а из-за дедовщины, то это прямая некомпетентность командиров. Ведь «срочник» находится в коллективе 24 часа в сутки, он постоянно на виду».

«Как бы не боролись с дедовщиной, пока будет «срочка», то будут оставаться неуставные отношения, так как разница в периодах службы сохраняется. А пока офицеры свои обязанности будут перекладывать на солдат 3-го периода (т.е. дедов), то мы будем получать такие трагедии», – говорит Васюкович.